телега фб инст вк
Сергей Лукьянов — человек, который пешком прошёл вокруг света

Сергей Лукьянов — человек, который пешком прошёл вокруг света

– Вышел я из Ленинграда, зашёл в Москву и потом по прямой до Китая, – начинает 62-летний путешественник. Говорит он так, будто на часок из парадной вышел на променад на Садовую, заскочил за шавермой на Сенную и побрёл вдоль Невского проспекта.

ЩИ поговорили с человеком, который стартовал с Дворцовой площади Петербурга и прошел пешком вокруг света. 22 месяца в пути, 23 тысячи километров пешком, 21 страна за спиной.

Как решился

— Идея пройти пешком вокруг света жила во мне с детства. Первый раз я прошёл 100 километров здесь, в Ленинградской области. Лет восемнадцать мне было. Ходил из Москвы в Ленинград, вокруг разных озёр, Мраморного моря. А в 2015 году я отправился в кругосветку.

Я шел год и десять месяцев и был абсолютно счастлив. Сначала идёшь тяжело, первые двадцать километров, а потом появляется лёгкость, свобода, и ты понимаешь, что нет человеку преград. Все преграды у нас в голове. Были ли мысли остановиться? Всякое случалось. Но есть цель, и я уже не один иду, за мной люди следят, в меня верят.

Приходилось часто импровизировать, решать на ходу. Да это и интересно, когда ты не знаешь, где будешь днём идти, а ночью спать. В день я шёл часов десять-четырнадцать, со скоростью семь километров. Идти в России по трассе надо всегда против шерсти, против движения, потому что на дорогах чудиков хватает.

Сергей Лукьянов: «Я прожил лет сто за два года».

Что взял с собой

— Мой рюкзак тянул на тринадцать-пятнадцать, максимум восемнадцать кило. С собой я брал еду, смартфоны, аптечку, всякие нужные вещи и спальник. На спальнике лучше не экономить. С палаткой ты долго не пройдёшь: тебя арестуют, бандиты накроют — там ты и помрёшь. А со спальником в любом кусте можно схорониться в каком-нибудь парке. Главное только не шуршать целлофановыми пакетами, на телефоне звук отключить. В общем, прячешься, как партизан. А по другому никак – вопрос выживания.

Пока шёл, сточил десять пар ботинок. В основном это была специальная обувь, внедорожники. Чтобы ноги не натереть, покупал на два-три размера больше.

Куда ж без музыки. Слушал в походе Агузарову, «Boney M», «Deep Purple». Больше всего заводился под «Ласковый май». За границей – Высоцкого. Услышишь его, сразу вспоминаешь о родине. На чужбине это важно.

Что ел, где спал

— Пенсии почти хватало. Тратил в день 500 рублей на еду и воду. А так люди помогали. Дважды помогли в интернете собрать деньги на перелёт. В любом случае я бы придумал что-нибудь, дошёл, занял.

В Азии кухня такая скользкая, крыс разделывают, лягушек едят, тараканы им в удовольствие. Я старался этого не касаться. Питался варёными яйцами, твёрдым сыром, хлебом, мясом копчёным. У меня всегда с собой НЗ, хотя бы грамм триста. Бывает, вода поднимется на семь метров или дождь льёт неделю. Пережидаешь непогоду, до магазина не добраться.

Никто там картошки не ест, не знаю почему. В суп иногда кладут по картошине и вообще она у них дорогая. Борщ там варить невыгодно. А я по нему очень соскучился.

Водой можно запросто отравиться, фиг знает откуда её там набирают. Потом – понос, будешь неделю отходить. А вот кока-кола – напиток проверенный. Только ей и спасался. Разводил супы быстрого приготовления. Иногда той же колой, вместо приправы её добавлял. Вполне съедобно, правда заваривается полчаса. А так за два года никаких отравлений.

Иногда ночевал в домашних условиях. Особенно когда на улице -10, непогода. Интереснее, душевней всего в небогатых семьях, где с тобой могут поделиться последним куском хлеба.

Спал и в сугробе. Когда температура зашкаливает, надо лежать ровненько. Дремать, но не спать. Заснёшь – замёрзнешь. Я могу себя контролировать, опыт есть. Если это не спасает, надо вставать и идти ночью.

Первый этап

Азия

— Там, где проповедуют ислам, люди более открытые, они понимают спорт, уважают путешественников. И не важно, какой ты национальности.

Китайцы всех переплюнули, достигли такого уровня, что не описать. Социализм у них остался, но это не мешает им жить и развиваться. Ты попадаешь из Забайкальского края, гиблого места, такого 101-го километра, в Китай, где всё цветет и колосится. Думаешь, как такое возможно, построить город за два месяца.

На юге Китая я просыпаюсь в лесу, а в двух метрах от меня сидят медведи. Такие, кило по 200. Оглянулись, посмотрели, встали и пошли. Главное, не бояться и своё «я» не показывать. Тогда не укусят.

Вьетнам – это заборы, заборы, заборы. Они их ставят везде от диких зверей, чтобы те не выскакивали на дорогу. А то кругом обезьяны и крокодилы.

В Таиланде и не поймёшь, мужик это или баба. Мужики часто под женщин работают. И ко мне приставали внаглую. Голубые, синие, не знаю, как они там называются.

Где-то во Вьетнаме

Я поначалу пугался диких животных. В России мне говорили: «Сожрут тебя». Хотел взять с собой фонарь специальный, красный, отпугивать этих зверей. А потом подумал: «Фигня какая, чего бояться».

У меня на шее висела бумажка, там на семи языках написано, кто я такой и куда иду. В школе я немецкий учил, из английского знаю только «yes» и «no», но и этого было достаточно. Главное, что я шёл с мирными намерениями. А так мимикой общались, жестами.

Латинская Америка

— Так уж вышло, что все происшествия случились в Латинской Америке, куда я прилетел из Азии. Там жизнь другая, пришлось перестраиваться, быть настороже. Атмосфера взрывоопасная, свобода полная, полиция ни на что не смотрит. А так там очень красиво. Особенно, когда вдоль океана идёшь.

Сначала в Чили у меня крали что-то по мелочи. На выходе из Буэнос-Айреса меня ограбили.

Иду, и тут меня кто-то хватает за горло. Сумку вырвали с корнем. Мне говорили, что у грабителей с собой могут быть ножи и пистолеты. Хорошо, что живым оставили. Так что моё путешествие могло и закончиться. Остался я без денег, без смартфона и без карточки, куда мне пенсию переводили. Месяц я ждал, пока мне её восстановят.

Там города фанерные, фавелы, и там лучше не ходить. Свои магазины, детсады, школы. И это всё неофициально. Будто бы их и нет. В консульстве, куда я дозвонился, мне сказали назвать полиции другое место происшествия, дескать таких трущоб не существует.

Сергей Лукьянов заглянул на Олимпиаду в Рио

В следующий раз на меня напали уже в Уругвае. Пристали двое, я их молоком угостил, батоном. Лёг спать, а они ночью пришли. Смотрю, мужик мой рюкзак тянет. Я ему: «Что же ты делаешь?» А он мне типа «отдай, надо мне». Я первым его ударил и что есть сил побежал. Два часа ночи, я бегу посреди дороги, чтобы сбоку на мотоцикле меня не достали. Так убежал.

В Бразилии и Аргентине все на футболе помешаны. В шлёпанцах играют, такое с мячами вытворяют. Какая у них бешеная подвижность. У наших такого и близко нет.

Из Африки в Европу

— Из Рио пришлось лететь в Петербург за визой. Потом — Африка. Население там бедное, в день на доллар живут. Не скажу, что от этого они себя чувствуют плохо. Я должен был пройти 1500 километров по Африке, а потом на пароме через Гибралтар в Европу домой.

Второй этап

Но оказалось, что между Тунисом и Алжиром граница закрыта. Поэтому прошёл по Тунису и оттуда отправился в Корсику, дальше — в Италию.
Я прилёг у стены Колизея. Как можно вообще так обтесать камни один к одному и такую фигню построить. Туда, наверное, миллион людей влезет, это просто невероятно. В Ватикане ощущается, что это пуп земли.

В Бресте ты попадаешь в другую реальность. Будто изобрели машину времени и на дворе 1970 год. Все ходят в чёрных ботинках в шапках-ушанках. После Польши ты понимаешь, если сравнивать уровень жизни, то это небо и земля.

О людях, которых встречал

— Добрых людей больше. Бывают злые, но человека можно понять, переделать, наладить контакт. Даже когда плохо, нельзя заводиться. Путешественник должен быть немножко психологом. Иногда когда попадаешь в плохую компанию, покупка бутылки водки и пачки сигарет – лучший выход из положения. Только после этого надо потихоньку сбежать.

Были случаи, когда люди деньги давали. Иду по трассе, там нищета, водка дешёвая, хлеб чёрный в магазине. Около него собираются почесать языком. Подходит мужик, дрожащей рукой протягивает мятые деньги и мелочь: «Интернет смотрим, знаем, кто ты такой, держи». У меня на глазах слёзы. Для него же это миллион сейчас, с похмелья. Это же счастье, что я подтолкнул людей на добрые поступки.
Вена

Про Форреста Гампа

— Меня часто называют Форрестом Гампом. Но я даже и не удосужился посмотреть, кто он такой и почему меня все с ним сравнивают. Хочется верить, что мне удалось популяризовать ходьбу, что многие люди вдохновились. Мне кажется, ходоков стало больше.

Для меня кругосветка – самое важное событие в жизни. Остальное: все эти марафоны, соревнования — детская забава. Я получил от этого невероятное удовольствие, самые яркие впечатления в жизни. В общем, внукам будет что рассказать. Семья мной гордится.

Узнают на улицах. Фотографируются, говорят: «Ничего себе, ты весь мир прошёл!» А кто-то наоборот: «Подумаешь, мы и больше ходили, в армии так набегались».

Я стал другим человеком. Стал лучше, как мне кажется. Я прожил лет сто за два года. Стал умнее и смиреннее, перестал тратить время на бессмысленные споры. Не хочу я лезть в дерьмо, считать чужие деньги, как делают многие. Я прошёл вокруг земли и понял, что никаких денег и шмоток мне и не надо. Я понял жизнь, как мне кажется.

Конечно, рвану ещё куда-нибудь. Глаз-то горит. Я не собираюсь шиповки вешать на гвоздь. Сейчас для начала 42 километра, будет марафон «Белые ночи». Есть мысль пересечь две Америки, от Аляски до Огненной земли. 25 000 километров. Года за полтора, я думаю, пройти будет можно.